ПРАВОСЛАВИЕ.ИНФО

ПРАВОСЛАВИЕ.ИНФО

миссионерский журнал о православной вере


25-04-2018, 00:51

Верный «дядька» Цесаревича Алексея


Вглядитесь в это красивое молодое лицо. Это Климентий Нагорный, «дядька» Цесаревича Алексея – то есть, по сути, слуга. До последнего дня он защищал мальчика и пошёл за него на смерть. После отречения Николая II Климентий добровольно последовал за Царской Семьёй в ссылку, хотя мог бы остаться в Петрограде - предыдущий дядька сбежал с революционными матросами. Климентий знал, что подписывая расписку о своём решении, подписывает, по сути, собственный смертный приговор. В июле 1918 года вместе с другими арестованными слугами Климентия отвезли за город и расстреляли в спину...

Когда Царская Семья в августе 1917 года высылалась в Тобольск, возможность покинуть службу была у всех императорских слуг, но Климентий Нагорный предпочёл остаться в Семье отрёкшегося монарха и добровольно отправился вместе с ними в ссылку.

В апреле 1918 года в Тобольск прибыл большевистский вооружённый отряд, под командованием матроса Балтийского флота - П.Д.Хохрякова. Узнав, что в числе слуг Царской Семьи есть и матросы-балтийцы, Хохряков пригрозил, что сведёт счёты с «предателями революции», «позорящими революционный флот», если они не оставят своей службы при Царской Семье.

Когда Семью частями (ввиду болезни цесаревича Алексея) отправляли из Тобольска в Екатеринбург, матрос Нагорный был отправлен во второй группе вместе с цесаревичем и тремя великими княжнами, прибыв в Екатеринбург 10/23 мая 1918 года. С него, как и со всех слуг, допущенных в дом Ипатьева, были взяты расписки. Расписка, данная Нагорным, сохранилась:

"Я, нижеподписавшийся, гражданин Нагорный Климентий Григорьев, Киевской губернии, Свирского уезда, Антоновской волости, село Пустоваровка, даю настоящую расписку, что, желая продолжать служить при бывшем царе Николае Романове, обещаюсь подчиняться и выполнять распоряжения Уральского областного совета, исходящие от коменданта дома особого назначения, и считать себя на равном состоянии, как и остальная семья Романовых." К.Нагорный. 24 мая.

Историк В.М.Хрусталёв писал, что подписывая эту расписку, царские слуги подписывали собственный смертный приговор.

По воспоминаниям очевидцев, К.Г.Нагорный не мог молча сносить издевательства тюремщиков над Цесаревичем Алексеем. Ещё на пути из Тобольска в Екатеринбург на борту парохода «Русь» Нагорный защитил Цесаревича от произвола комиссара Родионова, чем вызвал гнев и угрозы большевиков. А.А.Теглева, няня царских детей, вспоминала: «Нагорный держал себя смело и свою будущую судьбу себе предсказал сам. Когда мы приехали в Екатеринбург, он мне говорил: Меня они, наверное, убьют. Вы посмотрите, рожи-то, рожи у них какие! У одного Родионова чего стоит! Ну, пусть убивают, а все-таки я им хоть одному-двоим, а наколочу морды сам!»

Оказавшись в доме Ипатьева, К.Г.Нагорный и лакей великих княжон И.Д.Седнёв поднимали голос в защиту притесняемых охраной узников, принялись смывать со стен стихи и рисунки неприличного и оскорбительного для Царской Семьи содержания, которые оставляли красноармейцы-охранники. Но окончательно решило их судьбу то, что они позволили себе открыто возмущаться тем, что охрана ворует вещи, принадлежащие Царской Семье. Пьер Жильяр вспоминал впоследствии: «…эти два милых малых не могли скрыть своего возмущения, когда увидели, как большевики забирают себе золотую цепочку, на которой висели у кровати больного Алексея Николаевича его образки».

15/28 мая 1918 года матросы были взяты из Ипатьевского дома и доставлены в Екатеринбургскую тюрьму. Арестованных слуг лишили вещей и денег и поместили в общей камере тюрьмы, где содержались арестованные чрезвычайной следственной комиссией. 

Жильяр так описал момент, когда он в последний раз видел цесаревича и Нагорного: «Матрос Нагорный прошёл мимо моего окна, неся маленького больного на руках; за ним шли Великие Княжны, нагруженные чемоданами и мелкими вещами. Я захотел выйти, но часовой грубо оттолкнул меня в вагон. Я вернулся к окну. Татьяна Николаевна шла последней, неся свою собачку, и с большим трудом тащила тяжёлый коричневый чемодан. Шёл дождь, и я видел, как Она при каждом шаге вязла в грязи. Нагорный хотел прийти Ей на помощь - его с силой оттолкнул один из комиссаров…».

По одним сведениям в начале июня, по другим - в начале июля 1918 года они в группе других заключённых были выведены из тюрьмы, отведены за город в безлюдное место и тайно, в спину, убиты «за предательство дела революции» - как было указано в постановлении об их казни. Историк Хрусталёв писал, что комиссар Хохряков таким образом исполнил свою угрозу. Идя к месту казни, Нагорный держался мужественно и ободрял других смертников. Убийцы оставили их трупы на месте убийства не захороненными. Советская «Народная газета» города Шадринска напечатала об этом 31 июля 1918 года такое извещение: «Екатеринбург, 7 июля. По предложению областного Совета Уральской областной чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией расстреляны следующие заложники: …Нагорный, …».

Когда Екатеринбург был занят Белыми, трупы К.Г.Нагорного и И.Д.Седнёва, полуразложившиеся и исклёванные птицами, были найдены и торжественно захоронены у церкви Всех Скорбящих. Очевидцам похорон запомнилось, что могилы бывших матросов «Штандарта» были усыпаны множеством белых цветов. Могилы их не сохранились - их уничтожили, когда советская власть устраивала на месте кладбища городской парк.


По материалам интернет-публикаций





Copyright © 2010 Православие.инфо - Православная Церковь