ПРАВОСЛАВИЕ.ИНФО

ПРАВОСЛАВИЕ.ИНФО

миссионерский журнал о православной вере


21-12-2018, 00:53

Ходатайствую о разрешении мне последовать за Государем в Сибирь


Ходатайствую о разрешении мне последовать за Государем в Сибирь
Мне казалось всегда отвратительным и достойным презрения, 
когда люди для личного блага, наживы или личной безопасности 
готовы менять свои убеждения, а таких людей громадное большинство... 

Ф.А. Келлер, 1917 год 

Когда пришло известие из Петрограда о победе Февральской революции и отречении Николая II от престола, Ф.А. Келлер стал одним из двух военачальников Русской армии, кто не побежал выражать верноподданные чувства революционным властям. Оставшись верным присяге императору до конца, он послал ему следующую телеграмму: «Третий конный корпус не верит, что Ты, Государь, добровольно отрекся от престола. Прикажи, Царь, придем и защитим Тебя»...

Наступил август 1917 года... В то время, как большинство людей, некогда близких к Царской семье, боялись обнаружить свое к ней отношение, военачальник Русской Императорской армии, генерал от кавалерии граф Федор Артурович Келлер, отстраненный от командования корпусом и находящийся в резерве чинов при штабе Киевского военного округа, узнал о высылке Царской семьи в Тобольск по распоряжению Временного правительства. Тогда он направил телеграмму в Петроград министру-председателю Керенскому, в которой изъявилжелание разделить участь царственных узников: 

«Ввиду того, что моя служба Отечеству в армии очевидно более не нужна, ходатайствую перед Временным правительством о разрешении мне последовать за Государем Императором Николаем Александровичем в Сибирь и о разрешении мне состоять при особе его величества. Согласие их величеств иметь меня при себе сочту для себя за особую милость».

Керенский, получивший эту телеграмму 21 (08) августа 1917 года, удовлетворить просьбу генерала не счел нужным...

Прошло более года. Уже большевики совершили свое страшное преступление в Ипатьевском доме Екатеринбурга... 

Этим же летом 1918 года в Харькове генерал Борис Ильич Казанович тщетно убеждал непримиримого Келлера уехать на Дон, в Добровольческую армию, на территорию только что образовавшегося Всевеликого Войска Донского. Келлер ответил Деникину следующим образом: 

«Каждый Ваш доброволец чувствует, что собрать и объединить рассыпавшихся можно только к одному определённому месту или лицу. Вы же об этом лице, которым может быть только прирождённый, законный Государь, умалчиваете. Объявите, что Вы идёте за законного Государя, и за Вами пойдёт без колебаний всё лучшее, что осталось в России, и весь народ, истосковавшийся по твёрдой власти». 

В ту пору командование Добровольческой армии опасалось однозначно выдвинуть монархический лозунг. Деникин чётко понимал, что если он заявит целью белого движения реставрацию монархии, уйдёт одна половина армии. Если же станет призывать к защите демократических идеалов - уйдёт другая. Убеждённому монархисту Келлеру такое «непредрешенчество» белых генералов было чуждо и неприятно. 

Собравшиеся в Киеве монархисты желали видеть графа во главе Южной армии, создаваемой при помощи германских военных. 

Келлер также отказался, прокомментировав данное предложение: 

«Здесь часть интеллигенции держится союзнической ориентации, другая, большая часть - приверженцы немецкой ориентации, но те и другие забыли о своей русской ориентации».

Будучи истинным патриотом России, он отклонил и предложение правых русских кругов возглавить прогерманскую Астраханскую армию. 

В начале ноября 1918 года генерал Келлер получил приглашение гетмана Скоропадского командовать его войсками на Украине. 5 ноября он был назначен главнокомандующим войсками на территории Украины с подчинением ему гражданских властей. Однако уже 13 ноября, повздорив с гетманом из-за резких действий против украинских «самостийников», был снят с должности и назначен помощником нового главнокомандующего генерала князя А. Н. Долгорукова. 

В конце ноября в Киев из Пскова прибыли офицеры-монархисты с предложением возглавить Северную армию, создававшуюся на территории Псковской и Витебской губерний при помощи германской армии и имеющую яркую монархическую окраску. По окончании формирования чины армии должны были принести присягу «законному Царю и Русскому государству». В полках армии вводились старые уставы и прежняя униформа с добавлением нашивки - белого креста на левом рукаве. Патриарх Тихон благословил Келлера, послав ему с Николаем Анисимовым просфору и Державную икону Божией Матери. Келлер принял предложение, обещав «через два месяца поднять Императорский штандарт над священным Кремлём». В Киеве при новом командующем был сформирован монархический «Совет обороны Северо-западной области» во главе с Фёдором Безаком. 

Однако уехать в Псков Келлер не успел: к Киеву приблизились повстанцы Симона Петлюры. Келлер взял на себя руководство обороной города, но ввиду невозможности сопротивления распустил вооружённые отряды, которые состояли в основном из студентов, юнкеров и мальчишек-добровольцев 15-16 лет. 

Авторитет Келлера в Киеве был очень велик. Желая спасти жизнь генералу, германские военные предложили Келлеру снять форму и оружие и бежать в Германию. В отличие от гетмана Скоропадского, Келлер отверг такой вариант личного спасения. Он не хотел расставаться ни со своими погонами, ни с полученной от императора наградной шашкой, а попытку немцев замаскировать его под германского офицера расценил как личное оскорбление. 

После оставления города немцами Келлер совершенно открыто поселился в Михайловском монастыре с двумя адъютантами.

В декабре 1918 года занявшие Киев петлюровцы жестоко расправлялись с офицерами. Мариинский парк в Киев превратился в братскую могилу офицеров Русской Армии и Флота. В ночь с 20 на 21 декабря казаки Черноморского коша, слывшие среди современников «большевиствующими», пришли в Михайловский монастырь за графом и состоящими при нем офицерами. Вопреки уговорам монахов, которые согласны были укрывать генерала и даже вывести его из монастыря через подземный ход, Келлер сам через адъютанта сообщил о себе пришедшим. Патруль объявил всех троих арестованными. Им заявили, что намереваются перевести их в Лукьяновскую тюрьму. 

Арестованных повели по Большой Владимирской, мимо памятника Богдана Хмельницкого, по трамвайным путям. Едва они достигли того места, где пути несколько отклоняются в сторону сквера, из засады, почти в упор, грянул залп. Сраженный несколькими пулями, упал полковник Пантелеев. Тотчас патрульные открыли огонь в спину уцелевшим после залпа графу Келлеру и штабс-ротмистру Иванову. Граф был убит пулей в затылок, а штабс-ротмистр Иванов - пулей в голову и 4-мя штыковыми ударами. На следующий день тела убитых были выставлены в анатомическом театре. 

В теле Федора Артуровича было одиннадцать пулевых ран. Саблю убитого генерала поднесли «головному атаману» Петлюре. Вмерзшая рядом с памятником кровь Келлера через несколько дней оттаяла, что среди киевлян породило поверье, будто кровь эта и впредь «не высохнет и ляжет на голову Украины»… 

Граф Фёдор Артурович Келлер воплощал собой лучшие черты русского офицерства, того офицерства, в традициях которого была старинная заповедь: душу - Богу, сердце - Даме, жизнь - Государю, честь - никому. В соответствии с этими принципами он и жил, сохраняя всю жизнь глубокую веру в Господа, верность Династии, Государю, которому присягал и при деде которого начинал свой славный путь, и честь, ни толикой которой он не пожертвовал сиюминутным обстоятельствам, предпочтя смерть.

Ходатайствую о разрешении мне последовать за Государем в Сибирь

 На фотографии Император Николай II и граф Ф.А.Келлер


 

 





Copyright © 2010 Православие.инфо - Православная Церковь