ПРАВОСЛАВИЕ.ИНФО

ПРАВОСЛАВИЕ.ИНФО

миссионерский журнал о православной вере


13-05-2020, 00:22

Апологет ереси (Об искажениях православного вероучения в сочинениях диакона Андрея Кураева) ч.3


Искажение диаконом Кураевым учения о Святой Троице

Преподобный Иоанн Дамаскин, рассуждая о Святой Троице, пишет, что Единородным Сыном мы именуем Сына Божия потому, «что Он один только от одного только Отца единственным образом рожден. Ибо нет и другого рождения, которое уподобляется рождению Сына Божия. Ибо, хотя и Дух Святый исходит от Отца, но исходит не по образу рождения, но по образу исхождения. Это – иной образ происхождения, и непостижимый, и неведомый, подобно тому, как и рождение Сына. Поэтому и все, что имеет Отец, принадлежит Ему, т.е., Сыну, кроме нерождаемости, которая не показывает различия существа, не показывает и достоинства, но образ бытия»[62].

И еще: «Сын же от Отца – по образу рождения; а Святый Дух и Сам также от Отца, но не по образу рождения, а по образу исхождения. И что, конечно, есть различие между рождением и исхождением, мы узнали; но какой образ различия, никак (не знаем). Но и рождение Сына от Отца, и исхождение Святого Духа происходят одновременно»[63].

Преп. Иоанн Дамаскин, таким образом, учит нас, что рождение Сына и исхождение Духа – есть два различных образа бытия, образа происхождения Лиц Святой Троицы, непостижимых для нас. В чем различие между рождением Сына и исхождением Духа? Этого мы не знаем. Но такое различие, несомненно, существует. То обстоятельство, что мы не знаем: в чем различие между образами происхождения Сына и Духа, не дает никаких оснований нам говорить, что такого различия вообще не существует. Преп. Иоанн Дамаскин, заграждая уста таковым, говорит, что «конечно, есть различие между рождением и исхождением».

Но диакон Андрей Кураев, вопреки этим словам Святого Отца, в своей книге «Христианская философия и пантеизм» утверждает, что между образами происхождения Сына и Духа нет никакой разницы. «Мы не знаем, – пишет диакон Кураев, – в чем разница между "рождением” Сына и "исхождением” Духа. Более того, мы не знаем, чем и в чем отличаются "рожденность” от "нерожденности”, то есть Сын от Отца; точнее, ответ может быть один – ничем. Святитель Григорий Нисский ясно показывает, что это – апофатические имена. Они не утверждают, в чем разница, но лишь фиксируют, что они – разные. Не "другое и другое”, но "Другой и Другой”. Это не индивидуализирующие характеристики, но личностные имена. В конце концов все учение о Троице обращается к тайне Личности: есть три Личности Вечного Бога, которые никак не отличимы для "качественно-природного” анализа, но которые экзистенциально не тождественны ("Сын не есть Отец, но Он есть То, Что Отец есть” (Святитель Григорий Богослов). У Них все единое и общее, но сами Они – разные. Поэтому здесь нет "тритеизма”, "трех богов”. Они неразличимы в нашей мысли, но они реальны в своем Бытии – "ипостасны”»[64].

На это ложное учение диакона Кураева о Святой Троице обратил внимание Ю.П. Дудник, который заметил, что, согласно этого лжеучения Кураева, «мы говорим, что Сын рождается, но Дух исходит только для того, чтобы не повторять дважды слово "рождает”. Оказывается, что Сын и Дух одинаково рождаются от Отца, а словом «исходит» лишь прикрывается истина о рождении Духа»[65].

Замечание верное, однако, диакон Кураев с этим замечанием согласиться не захотел. В своей книге «О нашем поражении» он еще раз процитировал свой означенный выше текст, добавив при этом: «Если Ю. Дудник точно знает, в чем именно "рождение” от Отца отличается от "исхождения” от Отца, и сможет пояснить мне это различие – я с радостью изменю свое мнение (точнее говоря – как раз отсутствие мнения на сей счет). Пока же Ю. Дудник не произвел революции в догматике, я продолжаю молчать о различиях между "рождением” и "исхождением”. Мне представляется, что, согласно церковному учению, все, что есть в Отце, передано равно как Сыну, так и Духу. Но чтобы различить Сына и Духа, чтобы не отождествить их личностное Бытие, мы не говорим, что "Сын исходит" или "Дух рождается”, но говорим так, как предписывает Символ веры, на который, вопреки обвинению Дудника, я совсем не собирался покушаться»[66].

На эти слова отца диакона замечу, что никто не сможет пояснить ему различие между «рождением» и «исхождением», ибо это сокрыто от нас Богом, как об этом говорит преп. Иоанн Дамаскин и другие Отцы. Но это вовсе не означает, что такого различия не существует в действительности. Преп. Иоанн Дамаскин говорит, что «конечно, есть различие между рождением и исхождением». И, значит, оно действительно есть. И мы говорим, что «Сын рождается», а «Дух исходит», не потому, что так предписывает Символ веры, а потому, что такое различие действительно есть. Символ веры потому и предписывает нам говорить так, а не иначе, что «рождение» и «исхождение» – два различных образа происхождения Ипостасей Святой Троицы, два различных образа Их бытия.

Заблуждение же диакона Кураева в этом вопросе проистекает из ложного понимания приводимых им слов, которыми cвятые Отцы характеризуют Святую Троицу: во Святой Троице «не другое и другое», но Другой и Другой». Говоря так, cвятые Отцы учат нас, что во Святой Троице не три естества, т.е. «не другое и другое» естество, а одно естество. Во Святой Троице «не другое и другое» естество, но «Другой и Другой», т.е., Три Ипостаси.

Точно так пишет об этом и св. Григорий Богослов: «В Спасителе есть иное и иное: потому что не тождественны невидимое с видимым и довременное с тем, что под временем; но не имеет в Нем места иный и иный. Сего да не будет! …Когда же говорю: иное и иное, разумею сие иначе, нежели как должно разуметь о Троице. Там Иный и Иный, чтобы не слить нам Ипостаси, а не иное и иное: ибо Три Ипостаси по Божеству суть едино и тождественны»[67].

Таким образом, слова Святых Отцов, что во Святой Троице «не другое и другое» относятся к самому естеству, а не к образу происхождения Ипостасей Святой Троицы. Эти слова говорят о том, что во Святой Троице одно естество, а не о том, что во Святой Троице один образ происхождения Ее Ипостасей. Эти слова вовсе не свидетельствуют в пользу ложного мнения диакона Кураева, что Сын и Святый Дух имеют один и тот же образ Своего происхождения от Отца. Говоря, что во Святой Троице «не иное и иное» (или же: «не другое и другое»), Святые Отцы говорят, что в Троице одно только естество, а вовсе не то, что в Троице имеется один образ происхождения Ипостасей Сына и Духа. Также и не то, что у всех Лиц Святой Троицы имеется один и тот же образ бытия, что исповедует Кураев, говоря, что ничем не отличается и рожденность Сына от нерожденности Отца.

Ересь о спасении

Православное учение о спасении включает в себя две части. Первая часть говорит о том, что сделано для нашего спасения Господом нашим Иисусом Христом. Эта часть учения о спасении именуется в богословии догматом искупления, и на основании Священного Писания и Предания Церкви утверждает, что от греха, проклятия и смерти, довлеющих со дня грехопадения наших прародителей над всем родом человеческим, мы спасены (искуплены) крестной жертвой Христа. Именно смерть Христа на древе крестном разрешила нас от древней клятвы (Гал. 3,13); смерть Его даровала прощение всех наших прегрешений (Иоан. 1,36; 1Иоан. 1,7; 1Петр. 1,18-19; Рим. 3,25; Евр. 10,6-7); смерть Христова даровала нам вечное бессмертие (1Кор. 15,22. 54-55).

О несостоятельности отрицания диаконом Кураевым искупительного характера Христовой жертвы выше уже говорилось. Здесь же следует разобрать одно изречение св. Григория Богослова, которым Кураев (и не только он один) пытается обосновать свое неприятие православного догмата искупления.

Св. Григорий Богослов: «Остается исследовать вопрос и догмат, оставляемый без внимания многими, но для меня весьма требующий исследования. Кому и для чего пролита сия излиянная за нас кровь – кровь великая и преславная Бога и Архиерея и Жертвы? Мы были во власти лукавого, проданные под грех и сластолюбием купившие себе повреждение. А если цена искупления дается не иному кому, как содержащему во власти, спрашиваю: кому и по какой причине принесена такая цена? Если лукавому; то как сие оскорбительно! Разбойник получает цену искупления, получает не только от Бога, но самого Бога, за свое мучительство берет такую безмерную плату, что за нее справедливо было пощадить и нас! А если Отцу, то, во-первых, каким образом? Не у него мы были в плену. А во-вторых, по какой причине кровь Единородного приятна Отцу, Который не принял и Исаака, приносимого отцом, но заменил жертвоприношение, вместо словесной жертвы дав овна? Или из сего видно, что приемлет Отец, не потому что требовал или имел нужду, но по домостроительству и потому, что человеку нужно было освятиться человечеством Бога, чтобы Он Сам избавил нас, преодолев мучителя силою, и возвел нас к Себе чрез Сына посредствующего и все устрояющего в честь Отца, Которому оказывается Он во всем покорствующим? Таковы дела Христовы, а большее да почтено будет молчанием»[68].

Цитируя это изречение, диакон Кураев выделил курсивом слова св. Григория: «человеку нужно было освятиться человечеством Бога», обращая, очевидно, на них мысль своего читателя[69]. Но почему он не обратил мысль читателя на слова св. Григория, что «приемлет Отец» Жертву, приносимую Ему Единородным Своим Сыном, приемлет именно как «цену искупления» за нас, которые «были во власти лукавого, проданные под грех и сластолюбием купившие себе повреждение»? Св. Григорий здесь говорит вовсе не о том, что голгофская жертва Христа не имеет искупительного характера, как это мнится Кураеву, а то, что «излиянная за нас кровь – кровь великая и преславная Бога и Архиерея и Жертвы» не дана в цену искупления лукавому, во власти которого было согрешившее человечество, а Отцу. И приемлет Отец эту преславную и великую Жертву по домостроительству, домостроительству нашего спасения. Почему именно домостроительство Воплощения Господа нашего Иисуса употребил Бог для нашего спасения? Об этом и поучают нас Святые Отцы. К примеру, преп. Симеон Новый Богослов в своем первом «Слове» подробно рассуждает о том, как «милостивый и человеколюбивый Бог чрез домостроительство воплощения избавил род человеческий от тления и смерти». В этом своем «Слове» преп. Симеон, в частности, говорит, что поскольку «Адам подпал клятве, а чрез него и все люди, от него происходящие, приговор же об этом Божий никак не мог быть уничтожен; то Христос бысть по нас клятва, чрез то, что повешен был на древе крестном, чтоб принести Себя в жертву Отцу Своему, как сказано, и уничтожить приговор Божий преизбыточествующим достоинством жертвы»[70].

Также св. Григорий Палама в своей 16 омилии, имеющей подзаголовок: «о Домостроительстве Воплощения Господа нашего Иисуса Христа, и о благодатных дарованиях, проистекших благодаря сему, для истинно верующих в Него; и о том, почему Бог, Который мог многочисленными способами освободить человека от тирании диавола, именно сие домостроительство употребил», подробнейшим образом рассуждает об этом домостроительстве нашего спасения, заключая свое поучение словами: Христос «подверг Себя смерти, которой не был должен, но которой Он продвергся ради нас, дабы нас, подвергнувшихся смерти в силу долга (епофиломенос) освободить (или "искупить” – литроситэ) от рабства диаволу и смерти; смерти же, имею в виду, и по духу и по телу, во времени и в вечности; потому что за нас – повинных по причине греха, – дав в искупление Свою – невинную по причине безгрешности – Кровь, Он искупил нас от вины, отпустив нам грехи и рукописание их на Кресте разорвав, искупил нас от тирании диавола. Ибо тот, прельстившись и как бы широко разинув пасть и поспешив пролить Оную Кровь Владычню, (Которая – наше Искупление), не только от этого ничего не приобрел, но, наоборот, оказался крепко связанным, выставленным на поругание Крестом Христовым; и таким образом мы были исторгнуты из его рабства и перемещены в Царство Сына Божиего, мы – которые были раньше сосудами гнева (Божиего), а ныне, благодаря Ему, стали сосудами милости (Божией), Который связал сильного, (сильного при сравнении с нами), диавола и расхитил его сосуды»[71].

Так поучают нас cвятые Отцы о Домостроительстве Воплощения Сына Божиего, послужившего нашему искуплению от греха, проклятия и смерти на Кресте Голгофском. Святым Отцам, и св. Григорию Богослову в их числе, совершенно чужда кураевская басня о нашем спасении, которое было якобы совершено Христом через восприятие в Свою Божескую Ипостась удобопреклонной ко греху человеческой природы и исправления этой природы в течение Своей земной жизни.

Искажая же первую часть православного учения о спасении, т.е., ложно рассуждая о сущности спасительного дела Христова, диакон Кураев искажает и вторую часть учения о спасении: учения о том, каким образом христиане усваивают себе то спасение, которое совершил за них и для них Христос.

Диакон Кураев совершенно отвергает православное учение, что Христос совершил спасение за нас. Он пишет: «Его победа не "вменяется” нам, как учит западная схоластика; ее плоды должны быть жизненно, личностно усвоены нами». И далее Кураев продолжает: «Если же мы готовы открыть свою волю для приятия дара Христова, Бог дает нам нашу же исцеленную, преображенную в Божественной благодати человеческую природу в тех таинствах, которыми человек присозидается к Церкви как к телу Христа. Эта новая природа вместе с божественной Благодатью начинает действовать в нас и освобождает уже личностное произволение от рабства "естеству падшего Адама”. Человек выпрямляется и оказывается способен принять в себя токи бессмертия. Так Христос Своей Собственной неизменностью в добре исцеляет людей. Таинство нашего спасения состоит в том, что Бог вбирает в Себя человеческую природу (преображая ее, но не уничтожая, не растворяя в Себе), и затем дает нам ее преображенною так, что мы можем быть не только "новыми людьми”, но и "причастниками Божеского естества” (2Петр. 1,4). По краткой формуле св. Афанасия Великого – "Бог стал человеком, чтобы человек стал Богом”»[72].

Таким образом, Кураев отрицает, что искупительный подвиг Христа вменяется нам, верующим во Имя Его, называя это учением западной схоластики. Однако именно этому научает нас Слово Божие и Святые Отцы. Апостол Павел пишет к римским христианам: темже убо, якоже единаго прегрешением, во вся человеки вниде осуждение: такожде и единаго оправданием во вся человеки вниде оправдание жизни (Рим. 5,18). Тем самым Апостол, вопреки Кураеву, научает христиан, что Оправдание, которое стяжал Господь на Кресте Голгофском, вменяется нам, христианам, вне зависимости от наших заслуг и праведных дел, а только по вере в своего Спасителя; делает нас оправданными пред лицом правды Божией, оправданными как от первородного греха, так и от грехов личных. Чтобы убедить в этом своих слушателей, Апостол приводит пример праотца Адама, которого согрешение сделало всех его потомков осужденными пред лицом правды Божией, хотя никто их них не вкушал запретного плода. Таким образом, говорит Апостол, и оправдание Христово сделало всех нас, не совершивших дел праведности, оправданными пред Богом. И не только оправданными от всех грехов, т.е., первородного и всех личных, но оправдание Христово сообщило нам праведность и святость.

Вселенский учитель св. Иоанн Златоуст так поучает нас об этом: «как Адам для своих потомков, хотя они и не вкусили древесного плода, сделался виновником смерти, введенной в мир Адамовым ядением, так и Христос для верующих в Него, хотя и не совершивших праведных дел, сделался виновником праведности, которую даровал всем нам через крест»[73]. И еще: «потому он (Апостол) сперва сказал, что если грех одного умертвил всех, тем более может спасти благодать одного; после этого он раскрыл, что благодатию истреблен не один только первородный грех, но и все прочие грехи, даже не только истреблены грехи, но и дарована праведность, и Христос не только принес исправление в том, что повредил Адам, но и совершил гораздо большее и высшее»[74]. Также святитель Феофан Затворник, изъясняя слова Апостола Павла: Царство Божие есть правда и мир, радость о Дусе Святе (Рим. 14,17), пишет: «Правда – не оправдание только и отпущение грехов, но внутренняя праведность… святость»[75]. Почему Восточные Патриархи в полном согласии с апостольским и святооотеческим учением в «Православном Исповедании» поучают нас, что Таинство Крещения не только «уничтожает все грехи: в младенцах первородный, а в возрастных и первородный, и произвольный», но и «воссозидает человека и возвращает ему ту праведность, которую он имел в состоянии невинности и безгрешности, как свидетельствует Апостол: но омыстеся, но освятистеся, но оправдистеся именем Господа Иисуса Христа, и Духом Бога нашего (1Кор. 6,11)»[76]. Таким образом, не совершившие дел правды, мы оправдываемся праведностью Христовой, и не только оправдываемся от всех грехов, но и становимся праведными и святыми.

На Голгофском Кресте Господь принес Богу и Отцу Своему сверхдолжную плату за все прегрешения человечества. Искупительная жертва Христова простирается на весь род человеческий, а также на все времена. Однако спасаются не все. Св. Иоанн Златоуст, изъясняя слова Апостола: Христос единою принесеся, во еже вознести многих грехи (Евр. 9,28), пишет: «почему же сказал – многих, а не всех? Потому что не все уверовали, Он (Христос) со Своей стороны умер за всех, чтобы спасти всех: эта смерть вполне соответствовала погибели всех; но не всех истребила грехи, потому что сами не хотели»[77]. Также и блаж Феодорит, изъясняя слова Апостола: послушанием единаго праведни будут мнози (Рим. 5,19), говорит: «весьма кстати Апостол употребил здесь слово: многие. Ибо после пришествия Спасителя не все получают спасение, а только верующие в Него, и поступающие по Его Божественным законам»[78].

Туне облекаются в Христову праведность уверовавшие в Его и посредством Таинства Крещения ставшие чадами Церкви, членами Тела Христова. Не верующие в Богочеловека Иисуса Христа не спасаются. И хотя Господь на Кресте вкусил смерть и за грехи не верующих в Него, однако, омыть их от грехов может только купель Крещения, где верующие в Иисуса Христа не только очищаются от всех своих беззаконий, но и облекаются даром в Христову праведность. Правда, облечься в Христову праведность в Таинстве Крещения, не значит еще окончательно спастись. И Адам был в раю праведным и невинным, но, преступив заповедь Божию, потерял свою невинность. Так и христиане, согрешая после Крещения, теряют свою невинность и праведность. Почему Христос и установил в Церкви Таинство Покаяния, в котором после раскаяния в своих согрешениях, грешники разрешаются от грехов, вновь облекаясь в Христову праведность. Все дело нашего спасения совершает в нас и за нас благодать Христова, которую Он стяжал для нас на Кресте Голгофском. Наше же дело, т.е. дело нашей свободной воли – не противиться благодати Христовой, действующей в нас всегда и непрестанно, особенно же действующей в нас посредством Таинств церковных. И тогда благодать Христова очищает нас от грехов, освящает, возрождает к новой духовной жизни, жизни во Христе, помогает благое делати, богатитися в делех добрых (1Тим. 6,18). Таково вкратце изложение того, каким образом мы усваиваем себе дело спасения, которое совершил для нас и за нас Господь наш Иисус Христос.

Диакон же Кураев, вопреки Священному Писанию и святоотеческому учению, пустословит, что дело нашего спасения заключается в освобождении нашего личностного произволения «от рабства "естеству падшего Адама”», т.е., в том, что, по примеру кураевского «Христа», последователи «Его» тоже выпрямляют природу (каждый свою): из удобопреклонной ко греху они делают ее ко греху не удобопреколонной. В этом, по мнению Кураева, помогает им наряду с благодатью Божией, «выпрямленная» природа кураевского «Христа». Таким образом, в этой кураевской басне о спасении нет места не только первородному греху, православное учение о котором, как мы убедились выше, Кураев отметает, но и вообще самому понятию греха, также как и понятию проклятия. Грех, как и проклятие, оказываются для Кураева понятиями совершенно излишними. Главное для человека, по Кураеву, исправить свою природу. Греху и проклятию, которые по единодушному учению Апостолов и Святых Отцов довлеют над всем родом человеческим со времени грехопадения праотца, в кураевском учении о спасении места не находится. Впрочем, это не удивительно. Отрицая искупительный характер Голгофской Жертвы, отрицая то, что на Кресте Христос искупил нас от греха, проклятия и смерти (смерти как духовной, так и телесной), Кураев закономерно отказывается от самих этих понятий. Таким образом, в лжеучении о спасении диакона Кураева искаженными оказывается обе части православного учения о спасении.

Заключение
 
«Богословие вещь – опасная. Ошибка теолога может стоить вечной жизни сотням душ. Не имея церковного благословения и образования, лучше все же в эту область не вторгаться…». Эти слова принадлежат перу диакона Кураева. Правда, не вторгаться в область богословия он рекомендует вовсе не себе, а одной из редакций газет. Не знаю, что богословствующий диакон понимает под церковным благословением и образованием, имея которые можно вторгаться в область богословия. Но хорошо уже то, что он понимает, что «ошибка теолога может стоить вечной жизни сотням душ». Но если вечной жизни кому-то может стоить только усвоение чужих богословских ошибок, то какое наказание за гробом ожидает того, кто эти ошибки распространяет среди своих читателей? А у диакона Андрея Кураева список таких ошибок немалый.

1) Ересь, что Евангелия и Послания писались в полемике с гностиками, и с исчезновением гностицизма многое в Христианстве стало непонятным.

2) Ересь, что ничем не различаются образы происхождения Сына и Духа, а также образы бытия всех Лиц Святой Троицы, ибо, по мнению диакона Кураева, нет различий не только между «рождением Сына» и «исхождением Духа», но и между «рожденностью Сына» и «нерожденностью Отца».

3) Ересь, что потомки Адамовы не несут в себе вины за грех своего праотца.

4) Ересь, что человеческая природа после грехопадения имеет практически непреодолимую предрасположенность ко греху. [Хотя эту ересь проповедует Василий Лурье, однако, диакон Кураев разделяет это заблуждение, ибо приводит мнение Лурье, как подтверждающее его (Кураева) убеждения].

5) Ересь, что Христос воспринял человеческую природу удобопреклонную ко греху. [И более того, воспринял природу, имеющую практически непреодолимую предрасположенность ко греху – (Лурье)].

6) Ересь о неестественности (чуждости) страданий и смерти человеческой природе Спасителя.

7) Ересь, отрицающая искупительный характер Голгофской жертвы. (На Кресте, по мнению Кураева, произошла лишь казнь Христа).

8) Ересь о спасении через «исцеление» Христом Своей, якобы удобопреклонной ко греху природы, которая в дальнейшем «исцеляет» природу последователей Христовых.

9) Ересь о непринадлежности грешников к Церкви. 
Богословских ошибок у диакона Кураева немало. Эти ошибки, по его собственным, и в данном случае, совершенно справедливым словам, могут действительно стоить вечной жизни сотням душ. И не только сотням, но даже тысячам. Ибо книги диакона Андрея Кураева весьма широко распространяются среди православных христиан. Так издательство «Светлояр» в конце кураевской книги «О нашем поражении» сообщает, что оно переиздает в первых двух кварталах 2000 года целый ряд книг богословствующего диакона. А, значит, еще не одна тысяча православных душ привьется к оккультизму, простодушно полагая, что тем самым они лучше уясняют для себя православное вероучение. Значит, еще не одна тысяча православных душ, наивно полагая, что исповедуют учение Святых Отцов, будут последователями ересиархов, еще в древности преданных анафеме Отцами Вселенских и Поместных Соборов.

 
Протоиерей Петр Андриевский
г. Ельск, 2000 г.
 
————————————————
[1] Памятные записки Викентия Лиринского. Казань, 1863, с.56-57.
[2] Диакон Андрей Кураев. Сатанизм для интеллигенции, т.1, М., 1997, с.3-4.
[3] Добротолюбие, т.1, Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1992, с.299.
[4] Памятные записки Викентия Лиринского, с.145-148.
[5] Диакон Андрей Кураев. Предисловие к книге: «Кирилл Александрийский и Несторий, ересиаох V века. «Путем зерна», М., 1997, с.11.
[6] Там же, с.13.
[7] Там же. с.12.
[8] Здесь и далее в изречениях св. Григория Паламы имена Святых Отцов выделены мной.
[9] Цит. по книге: Архиеп. Серафим (Соболев). «Новое учение о Софии Премудрости Божией», София, 1935, с.266.
[10] Там же, с.269.
[11] «Русский Вестник». 1998, №44-45.
[12] Сайт «Русского Вестника» (www.rv.ru).
[13] Догматические Послания православных иерархов XVII-XIX веков о православной вере. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1995, с.115-116.
[14] О нашем поражении, с.483.
[15] Диакон Андрей Кураев. О нашем поражении, с.483.
[16] Преподобный Марк Подвижник. – Цит. по кн. «О нашем поражении», с.487.
[17] См. Сатанизм для интеллигенции, т.2, с.161.
[18] Там же, с.162.
[19] Св. Кирилл Иерусалимский. Творения, М., 1855, с.218-219.
[20] Св. Афанасий Великий. – Цит. по: Митр. Макарий (Булгаков). «Православно-догматическое богословие», т.2, СПб., 1857, с.117.
[21] Св. Григорий Богослов, там же, с.117,118.
[22] Св. Василий Великий. Творения, ч.1,М., 1845, с.360.
[23] Св. Иоанн Златоуст. Творения, т.9, СПб., 1903, с.596.
[24] Слова преподобного Симеона Нового Богослова, вып.1, М., 1892, с.25.
[25] Св. Григорий Палама. Творения, т.1, Монреаль, 1965, с.169.
[26] Диакон Андрей Кураев. Школьное богословие. М., 1997, с.253.
[27] Догматические послания православных иерархов XVII-XIX веков о православной вере, с.146.
[28] Диакон Андрей Кураев. Сатанизм для интеллигенции, т.2, с.174.175.
[29] Воскресная стихира на хвалитех, глас 8.
[30] Св. Афанасий Великий. – Цит. по: Митр. Макарий (Булгаков). «Православно-догматическое богословие», т.2, СПб., 1857, с.134.
[31] Диакон Андрей Кураев. Сатанизм для интеллигенции, т.2, с.170.
[32] Слова преподобного Симеона Нового Богослова, вып.1, М., 1892, с.23.
[33] Св. Григорий Палама. Творения, т.1, Монреаль, 1965, с.159.
[34] Преп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры, СПб., 1894, с.185.
[35] Диакон Андрей Кураев. О нашем поражении, с.493-494.
[36] Там же, с.496.
[37] Преп. Ефрем Сирин. – Цит. по: Митр. Макарий (Булгаков). «Православно-догматическое богословие», т.2, с.60.
[38] Диакон Андрей Кураев. О нашем поражении,с.495.
[39] Преп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры, СПб., 1894, с.185,186.
[40] Митр. Макарий (Булгаков). Православно-догматическое богословие, т.2, СПб., 1857, с.106.
[41] Преп. Максим Исповедник. Творения, кн.2, М., 1994, с.129.
[42] Преп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры, с.180.
[43] Диакон Андрей Кураев. О нашем поражении, с.495-496.
[44] Диакон Андрей Кураев. О нашем поражении, с.490-491.
[45] Митр. Макарий (Булгаков). Православно-догматическое богословие, т.2, с.61.
[46] Преп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры, с.196.
[47] Там же, с.186.
[48] Диакон Андрей Кураев. Сатанизм для интеллигенции, т.2, с.172-173.
[49] Лукавый философ на ниве богословия. Сайт «Русского Вестника», www.rv.ru.
[50] Диакон Андрей Кураев. О нашем поражении, с.496-497.
[51] В.Н. Лосский. Очерк мистического богословия Восточной Церкви. Догматическое богословие. М., 1991, с.278-279.
[52] Преп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры, с.185.
[53] Там же, с.180.
[54] Там же, с.180-181.
[55] Прот. Сергий Антиминсов. О богословии протоиерея Александра Меня. М., 1993, с.52-53.
[56] Диакон Андрей Кураев. О нашем поражении, с.464-465.
[57] Догматические Послания православных иереархов XVII-XIX веков о Православной Вере, с.163-164.
[58] Диакон Андрей Кураев. О нашем поражении, с.466.
[59] Все святоотеческие изречения приводятся по: Митр. Макарий (Булгаков). «Православно-догматическое богословие», т.2, с.152-153.
[60] Цит. по: Митр. Макарий (Булгаков). «Православно-догматическое богословие», т.2, с.156.
[61] Там же, с.152.
[62] Преп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры, с.19.
[63] Там же, с.22.
[64] Диакон Андрей Кураев. Христианская философия и пантеизм. М., 1997, с.38-39.
[65] Ю.П. Дудник. Профессорские побасенки. «Русь Православная», 1998, №11.
[66] Диакон Андрей Кураев. О нашем поражении, с.420.
[67] Св. Григорий Богослов. Творения, ч.4, М., 1844, с.198.
[68] Св. Григорий Богослов.Творения, т.1, Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1994, с.675-676.
[69] Диакон Андрей Кураев. Сатанизм для интеллигенции, т.2, с.162.
[70] Слова преподобного Симеона Нового Богослова, вып.1, М., 1892, с.25.
[71] Беседы (омилии) Святителя Григория Паламы, т.1. Издание Братства преп. Иова Почаевского, Монреаль, 1965, с.169.
[72] Диакон Андрей Кураев. Сатанизм для интеллигенции, т.2, с.171.
[73] Св. Иоанн Златоуст. Творения, т.9, СПб., 1903, с.594.
[74] Там же, с.595.
[75] Св. Феофан Затворник. Цит. по: «Святитель Серафим Соболев. Жизнеописание и сочинения», ST. HERMAN OF ALASKA BROTHERHOOD PRESS, 1992, с.49.
[76] Догматические Послания православных иерархов XVII-XIX веков о православной вере, с.68.
[77] Св. Иоанн Златоуст. – Цит. по: Митр. Макарий (Булгаков). «Православно-догматическое богословие», т.2, с.121.
[78] Блаж. Феодорит. Там же, с.121.





Copyright © 2010 Православие.инфо - Православная Церковь